Что такое ньюфаундленд и как с ним ужиться? Об этом поведает Любовь Мулюкина – владелица огромного ньюфаундленда Дугласа, которого вы видите на фотографии:
«Типичная ошибка как начинающих, так и опытных собаководов: мы сначала влюбляемся в породу, осуществляем мечту, покупая щенка, и только потом начинаем целенаправленно читать литературу об этой породе…
Наш маленький ньюф, словно живая игрушка, мирно дремал в персональном кресле.
- Скоро у тебя опустятся нижние веки,- ворковала поглаживая щенка старшая дочь, – покраснеют глазки, и ты будешь пугать свирепым взглядом…
- Надеюсь, это последний сюрприз?, – робко заикнулась я.
- Не сказала бы, – загадочно улыбнулась дочка.
Что она имела в виду я узнала через несколько дней на совместной прогулке с роскошным сенбернаром Чипом.
- Ваш уже заплевал квартиру? – доверительно спросил меня хозяин Чипа, – наш умудряется плюнуть даже на потолок…
- А разве ньюфы слюнявые? – наивно удивилась я.
- Вот исполнится ему полгода, вспомните этот разговор, – пообещал хозяин Чипа.
ВОТ ТАК СЮРПРИЗ! Меня всегда раздражали представители «слюнявых» пород: доги, боксёры… А тут получается свой, родненький, скоро закапает слюной! С ужасом мы ждали, когда щенку исполнится полгода, но у чистенького, ухоженного, расчёсанного Дугласа не было даже намёка на слюну. В литературе про ньюфов я нашла ответ на терзавший нас вопрос: так слюнявый или нет? Канадская заводчица ньюфов Джоан К.Бендьюр, автор книги «Ньюфаундленд», пишет: «Самыми значительными недостатками породы являются изредка наблюдающееся слюнотечение, линька и крупный размер. Да, у ньюфов иногда течет слюна. Чем массивнее собака, тем больше она способна к слюнотечению. Это не значит, что они постоянно слюнявятся, нет!». Взрослея, Дуглас приобрёл привычку при возбуждении (сердясь или радуясь) мотать головой, вот тут-то из-под мощных брылей во все стороны полетели слюни! С годами мы научились не только угадывать «слюнную атаку», но и ловко уворачиваться от Дуггиных «сюрпризов». Уберечь стены и потолки оказалось гораздо сложнее.
Но это, пожалуй, единственный недостаток этой породы, который с лихвой компенсируется спокойным характером, преданностью хозяевам и фанатичной любовью к маленьким детям. Не даром ньюфов называют собаками-няньками.
Хотя, если честно, есть ещё один недостаток: Ньюфы невероятно «упёрты». Вспоминаю, как однажды на прогулке Дуглас так разозлил младшую дочь попытками навязать ей свой маршрут, что она в сердцах бросила ему: «Делай, что хочешь!». Дуглас развернулся и радостно потрусил с собачей площадки. Друзья нашли нашего мальчика у соседнего дома. Дуглас сквозь штакетник мирно смотрел работающий во дворе телевизор.
«Упёрты», но точно не капризны, хотя многое здесь зависит от воспитания.
Но, если ньюф решил, что не хочет что-то делать, убедить его в обратном – пустой номер. Собака просто садится, всем своим видом показывая нежелание сдвинуться с места, или, что того хуже, ложится, и его уже невозможно поднять никакими уговорами.
Ноюфаундлендов относят к категории служебных собак, отличных охранников детей и защитников дома и семьи. Когда я читаю такие утверждения, вспоминаю одну нашу ташкентскую ньюфку, два раза гостеприимно встречавшую домушников. Когда из квартиры выносить уже было нечего, украли «сторожиху». Возможно, квартирные воры хорошо знали особенности этой породы, ведь обычно одного только размера ньюфа достаточно, чтобы заставить воров изменить свои планы. Мы всегда с интересом наблюдаем, как наш Дуглас встаёт между нами и незнакомыми ему людьми.
Особенно наш мальчик не любит людей «под градусом». При всей своей дружелюбности, на пьяных Дугги может даже зарычать. Но не более… Как-то на прогулке на него с воплями «Да какой же ты красивый! Дай я тебя поцелую», кинулся пьяный мужчина. Я думала, что сгорю от стыда, наблюдая с какой скоростью, под свист и улюлюканье зевак, наш пес улепетывал от пьяного поклонника, при этом оглядываясь на меня, словно контролируя, успеваю ли я за ним. Наш мальчик трус – был скоропалительный вердикт.
Но, поостыв, я вспомнила, как маленький Дуглас, превозмогая страх, оставался возле меня в сильнейшую грозу. В тот теплый апрельский вечер ничего не предвещало резкого изменения погоды. За секунды небо потемнело, засверкали молнии, но больше всего нашего щенка (а Дугги не исполнилось тогда и года) испугали могучие раскаты грома. С собачей площадки мы ринулись домой, но из меня с моей астмой плохой бегун. Внезапно хлынувший дождь моментально вымочил нас до нитки. Команду «домой» Дуглас по инерции выполнял, но потом возвращался ко мне, всячески показывая что никуда без меня не пойдёт.
Поклонники творчества лорда Байрона хорошо знают, что тот был буквально заворожен
выдающимися качествами своего ньюфаундленда по кличке Боцман. Пес был тенью своего хозяина, его вторым «я», но когда хозяин закатывал пиры, иногда продолжавшиеся по нескольку дней, Боцман, не выносивший шумных застолий, уходил в лес, там дожидаясь отъезда гостей. Томас Мур, биограф поэта, в своей книге «Жизнь Байрона» так описывает благородную натуру Боцмана: «Мать поэта держала фокстерьера Гилпина, который ежедневно устраивал стычки с Боцманом, и их драки были такими яростными, что владельцы стали бояться за жизнь Гилпина. Ради его безопасности, леди Байрон отослала собаку одному из арендаторов Ньюстеда. Вскоре после этого Байрон уехал в Кембридж, а ньюфаундленд остался на попечении слуг. Однажды утром прислуга порядком переполошилась, обнаружив, что Боцман бесследно исчез. Но тем же вечером – и я думаю, ко всеобщему облегчению, – Боцман вернулся вместе со своим старым, но уже бывшим врагом Гилпином. Ньюфаундленд сбежал в Ньюстед, каким-то образом нашел Гилпина и привёл его домой. С этого времени, несмотря на вздорный характер фокстерьера, они крепко подружились». После смерти Боцмана Байрон заявил, что мечтает о том, чтобы он, его любимый дворецкий и ньюф были бы похоронены в общей могиле. Эта мечта так испугала дворецкого, что он оперативно уволился и сбежал от любимого хозяина. Байрон умер в Греции в 1824 году. Рядом с ним был его новый ньюф Лион, он проводил своего хозяина в последний путь, а потом был отправлен в Англию, к одному из друзей поэта.
Ньюфы были любимцами и других известных людей: Чарлза Диккенса, Роберта Бернса, Вальтера Скотта, Рихарда Вагнера. Последний представлял друзьям своего пса как «истинного джентльмена». Королева Виктория также очень любила эту породу, но самым известным «политическим» псом бесспорно является Брумис – собака Роберта Кеннеди. Сатирик Арт Бухвалд, осуждая пороки воспитания Брумиса, написал про него фельетон «Великий Брумис». Бухвалд вспоминал, что Брумису нравилось обливать из пожарных гидрантов гостей во время пикника перед домом Кеннеди. Любой гость Кеннеди рисковал остаться голодным потому, что ньюф хватал еду прямо с тарелок. Вот вам типичный пример того, как неправильным воспитанием можно испортить даже такую идеальную породу.
«Аик кучук» – кричат нам вслед узбекские дети. В переводе с узбекского аик – медведь, кучук – собака. Собака-медведь гордо вышагивает рядом с хозяином, словно понимая, что не зря носит титул самого авторитетного пса района. «Это же Дуглас», – слышим мы часто за спиной. Это значит, не стоит бояться, собака-медведь никогда не обидит ребенка. Забавный разговор я подслушала как-то на прогулке. Нам навстречу шли два молодых человека:
- Смотри, какой могучий, – сказал один.
- Да этот что,- ответил его приятель, – здесь с таким же девчонка гуляет, вот тот действительно могучий.
Когда с Дугги гуляла хрупкая младшая дочь, на её фоне он выглядел ещё огромнее, в остальном же речь шла об одной и той же собаке. Я это знаю…»
Любовь Мулюкина специально для Записок семьи ветеринара
[...] был жив наш ньюфаундленд Дуглас, старшие котята охотно ели его еду – овсяную кашу с [...]